Про принятие уязвимости

Прежде всего — спасибо. Людям и идеям, которые сделали эту точку возможной.

Brene Brown, за ее принятие уязвимости:
«…and just to be able to stop and, instead of catastrophizing what might happen, to say, «I’m just so grateful, because to feel this vulnerable means I’m alive.»

Cаша — о том же здесь:
Единственный выход быть в здесь и сейчас — быть в контакте со своей целостностью и/или со своей болью.

И Антону, который показал как, как именно смотреть на свою боль (как на фрейм восприятия) и как ее трансформировать (дышать через нее).

Не все еще прожито. Но я замечаю, как у меня есть немного больше надежды и понимания как я могу с этим справиться. Прожить это. Перерасти. (В том смысле, в каком Юнг говорил, что по его наблюдениям, «люди не преодолевают своих проблем, они их перерастают».

Я очень хочу запомнить это внутреннее движение. Оно такое незаметно, но оно есть. Это движение в сторону боли. Это то, что говорила Ольга Подольская, цитируя Уилбера, о том, что «страдание — это боль плюс избегание».

Как же далека эта идея, когда это просто концепция, как в буддизме, что «все страдание в уме», от очень практической идеи — о том, чтобы принять прямо сейчас:
не факт того, что […], а cвои ощущения от восприятия этой мысли.

То есть — еще конкретнее:
— заметить очень конкретное телесное ощущение в тот момент, когда я думаю, что [X не…]
— продышать его, перевести это напряжение в этом участке тела в расслабленность, прямо сейчас, насколько возможно
— поддержать себя мыслью — что это не означает, что мне нужно справляться со всем огромным сомном фактов и следствий и заключений, вытекающих из [X не…]. Прожить только это ощущение сейчас. Вот эту самую дорогу на машине. Вот эту песню, под которую льются слезы. А потом, максимум — вот этот день.

И это именно то, о чем говорил Антон. Хотя это необязательно делать именно таким способом, «продышать». Можно ведь быть весьма изобретательным в отношении того как справляться с болью. Можно использовать другие проверенные методы («алфавит»), а можно даже какие-нибудь простые или неспортивные: пойти поработать, например, или даже чего-нибудь съесть (без фанатизма :) Но именно, не отрицая боль, а двигаясь в ее направлении.

И это было из еще одной хорошей книжки, которую я никак не дослушаю. Там была такая история, про способы работы с алкоголиками. Что их не просят сразу отказаться совсем от алкоголя. Нет, их задача — продержаться до конца дня. Ведь выдержать всего один день кажется вполне реальным даже застарелому алкашу.

И все это — только середина пути.

В общем, как сказала (только с долей шутки) Brene Brown, «breakdown as a way to spiritual awakening».

Posted in blog | Tagged , , | Leave a comment

Брен Браун: сила уязвимости

Что-то невыразимо важное сказала мне Brene Brown в своем выступлении на TED: про смелость быть несовершенным. Про то, что наше несовершенство, наша уязвимость делает нас живыми.

Она рассказывает об исследовании, в котором пыталась обнаружить что отличает людей, у которых есть сильное ощущение любви и принятия, от тех, кому с этим сложно. И ключевая вещь, которая их отличала, заключалась в том, что люди, у которых есть сильное чувство любви и принятия, верят в то, что они достойны любви и принятия. И все. Они просто верят, что этого достойны.

И тогда она стала разбираться дальше что же еще объединяло этих людей.

«Итак, у этих людей было, просто говоря, мужество быть несовершенными. У них было сострадание, чтобы быть добрыми в первую очередь к себе и затем к остальным, потому что, как оказывается, невозможно испытывать сострадание к остальным людям, если мы не можем относиться по-доброму к себе. И как результат своей искренности, они были готовы отказаться от того, какими они должны были стать, по их представлениям, ради того, чтобы быть теми, кто они есть на самом деле.
[…]
У таких людей было еще кое-что общее. Они полностью принимали уязвимость. Они считали, что то, что делало их уязвимыми, делало их прекрасными. Они говорили о готовности сказать первым «я люблю тебя», о готовности делать что-то когда нет никаких гарантий, о готовности продышаться в ожидании звонка от врача после маммограммы. О готовности вкладываться в отношения, не зная, сложатся они или нет.
[…]
Проблема заключается в том, что — я узнала об этом в ходе исследования — невозможно избирательно подавлять эмоции. Нельзя сказать, вот это для меня плохо. Вот уязвимость, вот горе, вот стыд, вот страх, вот разочарование, я не хочу это чувствовать. Нельзя подавлять эти тяжелые чувства, не подавляя последствия, наши эмоции. Их невозможно заглушать избирательно. Так что когда мы их подавляем, мы подавляем радость, подавляем благодарность, подавляем счастье.»

CSLewisQuote.jpg

«But there’s another way, and I leave you with this. This is what I have found: to let ourselves be seen, deeply seen, vulnerably seen; to love with our whole hearts, even though there’s no guarantee — and that’s really hard, and I can tell you as a parent, that’s excruciatingly difficult — to practice gratitude and joy in those moments of terror…

…and just to be able to stop and, instead of catastrophizing what might happen, to say, «I’m just so grateful, because to feel this vulnerable means I’m alive.» And the last, which I think is probably the most important, is to believe that we’re enough. Because when we work from a place I believe that says, «I’m enough,» then we stop screaming and start listening, we’re kinder and gentler to the people around us, and we’re kinder and gentler to ourselves.»

t1larg_enough_courtesy.jpg

Posted in blog | Tagged , , , | Leave a comment

2write

Всегда приятно, когда твои интуитивные догадки (или странные привычки) подтверждаются :)
Я давно знаю, что если меня что-то очень сильно волнует, то если написать об этом — обычно становится легче.

И вот недавно этот метод как следует протестировали и выяснили, что Writing about exam worries for 10 minutes improves students results». Участникам эксперимента (студентам перед экзаменом) давали дополнительное задание в течение 10 минут писать о своих чувствах и мыслях по поводу предстоящего экзамена. И причем, чем сильнее люди волновались, тем лучше это сработало. У группы, которая волновалась несильно, изменений в результатах не было, писать на отвлеченную тему тоже не помогало.

Причина почему это работает приводится очевидная — что мы начинаем направлять на дело ресурсы, которые до этого расходовались на беспокойство.

***

Ну и чтобы два раза не вставать, еще про учебу: как-то я упустила отличное видео, анимацию из презентации Кена Робинсона про необходимость изменения парадигмы образования:

А вот статья на эту же тему: When teaching restrains discovery.

Коротко говоря, в обучении обязательно должно оставаться место для неизвестности и собственных открытий. Чтобы хотелось дальше — самому. Ну вот как К. прокомментировал про вторые колеса.

Posted in blog | Tagged , | Leave a comment

English weekend

Два дня переводила нарративный семинар с Марком Хейвардом. Марк — очень милый англичанин в возрасте, седой, веселый и совершенно неформальный. Показывая видео своей работы, указывает на ошибки и даже делает на них акцент, вот говорит, посмотрите, «тут слова вылетели у меня изо рта прежде, чем я успел сжать челюсть. И видите — он мне не смог ответить. Так мне и надо». Если клиент не может ответить на вопрос терапевта — это проблема терапевта, значит вопрос нужно упростить или переформулировать (и собственно большая часть семинара состояла в том, что Марк детально объяснял как спускаться по лестнице сложности).

Он показывал «карту карт» нарративной практики, по сути это просто последовательности вопросов, размещенные на одной карте, и это одновременно отличный инструмент для работы, создающий ясность понимания в какую сторону двигаться дальше и в то же время дисциплина для задающего вопросы: это же круто, спрашивая, осознавать к какой теме это относитсяили на каком логическом уровне ты задаешь вопрос. Ну а когда он говорит, что это просто «одна из возможных карт», необязательная и «вы можете нарисовать свою», то это конечно прямой совет заняться моделированием — и в такие моменты мне часто не хватает того, чтобы практики одного подхода были знакомы с соседними подходами. Ну, это мое вечное желание соединить все со всем или по крайней мере понять их соотношение. Это возможно, но только если ты глубоко знаком и с тем и с другим, а главное понимаешь что тебе может дать это соединение. А еще Слава задал шикарный вопрос, нет ли опасения, что эти карты создадут новую структуру в нон-структуралистком подходе :) На который Марк толком не ответил. Потому что это непростой вопрос, как бы так сделать, и рыбку съесть, и на *** не сесть, в смысле, и воспользоваться теми преимуществами, что дает структура, но не быть ею ограниченным. Марк как вариант предложил экстернализовать «карту» чтобы понять как она на тебя воздействует.

Вышли вместе на культурные различия: у нас люди гораздо меньше, чем в английской культуре готовы вслух, в присутствии других говорить о «больших вещах», вроде «свободы», «дружбы», «справедливости», «счастье», особенно когда это применимо ко всем людям (а это было про универсальные принципы). У них, как сказал Марк, такие высокие материи воспринимаются нормально, у нас же прямо отрыжка начинается от пафосности подобных слов. Решили, что это последствия советского прошлого, когда в результате всех этих лозунгов и первомайских транспарантов эти слова оказались выпотрошены и лишены какого-либо личного смысла.

За два дня у меня определенно стало лучше с русским :) И что приятно, английский у него очень английский. Кажется, я начиная со школьного учебника не слышала от кого-либо столько всех этих «не так ли?» «не правда ли?», isn’t it? don’t we? Буквально в каждой фразе. Не поняла, то ли у них там в Лискарде так разговаривают, то ли это был способ поддержания контакта с аудиторией. И он все время говорил «England» и «English», а не как-нибудь там политкорректно UK и British.

Очередное опасение про epic fail переводчика не сбылось, одна женщина даже привела свою дочку посмотреть как «легко и гармонично это бывает». В целом было даже легче, чем в прошлый раз, то ли Марк не такой быстрый, какой была Мэгги, то ли действительно опыт помогает. Хотя я не слишком верю в опыт с перерывом в полгода… Вообще снова возникают мысли не слишком ли я разбрасываюсь. Вот здесь в разнице легкости между первым и вторым днем еще раз подтверждается, что это не то, что я такая самокритичная, просто когда все время занимаешься определенным делом, то уверенность приходит и остается (ты просто знаешь, что можешь), а если делать это так редко, то конечно требуется поначалу время чтобы слова переместились из пассива в актив. Зато ближе концу, когда появляется ощущение, что мои слова, вылетающие изо рта похожи на то как Марк говорит (в смысле произношения), а переводя, успеваешь еще обработать разные варианты и подумать что сюда лучше подходит — это уже кайф. Но после двух дней все равно почему-то ощущение, что возил на себе мешки с картошкой. Сходила бы на массаж, если б не было так холодно выбираться из теплого офиса :)

P.S. А еще конечно всегда приятно поумничать рядом с умными людьми, но в реальности я открывают что-нибудь там про пост-стуктурализм, Фуко или Дерриду, и понимаю, что взгляд тут же вянет, а глаза закрываютcя :) И тем больше начинаешь ценить людей, которые способны не просто это прочесть, но осознать и сделать практические выводы. Такие есть, но мало. Ну а тех, кто еще и другим может пересказать — показывают теперь на TED, это уже совсем исключительные зубры. Хотя может это тоже (непросто, но) навык, которому можно научиться.

Posted in blog | Tagged | Leave a comment

Поддержки не бывает слишком много (а когда будет, нам про это скажут)

Для родителей и интересующихся — короткая выдержка или даже пересказ идей Льва Выготского Марком Хейвардом (нарративный терапевт, которого я в эти выходные перевожу). Смотрела перевод презентации, и раз — что-то стало намного понятнее про развитие. Важная для меня идея, в двух словах: люди оказываются недостаточно самостоятельными и независимыми не потому, что их слишком много оберегали. Вполне вероятно, что наоборот, их оберегали недостаточно, поддержки было слишком мало.

Все это основывается на идеях Льва Выготского («Мышление и Речь», 1986) о том, что «обучение влечет за собой развитие», в противоположность идеям Пиаже о том, что «обучение следует за развитием».

«Предположения Л.С.Выготского:
1. Социальное взаимодействие является необходимой основой для обучения
2. Обучение является основой для формирования понятий
3. Формирование и развитие понятий является основой для осуществления ответственных действий и социального развития
4. Таким образом, так называемые «независимые, ответственные и автономные действия по решению проблем» имеют социальные корни.

Все это мешает рассматривать людей как “избегающих ответственности”, “немотивированных/неспособных к изменениям”, “игнорирующих последствия своих действий”, “обладающих недостаточными ресурсами для воспитания детей”, “неспособными к обучению” и пр.

Вместо этого мы видим, что в их жизненном опыте заботящимися о них взрослыми была недостаточно простроена «система опор», которая позволяет сформироваться необходимым навыкам для развитие понятий, и приводит к способности осуществлять ответственные действия.»

Надо уже прочитать книжку.

PS.А исправляя заголовок поста, заменила «помощь» на «поддержку» — и все еще больше встало на свои места. «Scaffolding», система опор, о которой много говорится в нарративном подходе — это ведь не про то, чтобы быть наседкой, водить на поводке и держать за ручку. Это именно поддержка, «строительные леса», два лишних колеса на велосипеде, которые можно легко снять, когда человек их перерастет.

Posted in blog | Tagged , , | Leave a comment

Конференция по управлению знаниями, или оттенки восприятия

Около месяца назад я была на конференции по управлению знаниями. Давно хотела про это написать, и все никак не до ходили руки. Для тех читателей, кому интересна эта тема, ниже немного впечатлений.

Если быть точной, где-то за месяц до этого я задавалась вопросом куда пойти — на EduCamp или классическую бизнес-конференцию по управлению знаниями? Выбрала пойти на конференцию как непосредственно связанную с рабочим проектом и нацеленную на бизнес. Тем более, что я была на такой же конференции в 2007 году и тогда она меня очень вдохновила — я увидела живых людей, которые этим занимаются у нас (а не в далеких от реальностях книжках про BP), увидела людей из HR, которые мне очень понравились (они были дейсвительно про развитие, а не про кадровое делопроизводство и как всех построить).

Но оказалось, что за три года восприятие сильно изменилось. И то, что тогда казалось прорывом, сейчас стало нормальной бизнес-практикой. И вот это как раз очень порадовало: те компании, которые действительно хотели внедрить knowledge management, которые видели в нем прямую отдачу для бизнеса и представляли как перевести эфемерное знание в прирост продаж, все уже реализовали. Причем это не только высокотехнологичные продвинутые консалтеры и айтишники, но и совершенно классические производственники, Лукойл, Оборонпром, Росатом.

По составу участников организаторы большие молодцы, собрали очень интересных выступающих, и наших и западных. А вот с точки зрения самого формата конференции… мне кажется, конференция по управлению знаниями должна быть на передовой с точки зрения интерактивности, экспериментов по формату общения и непосредственного обмена этими самыми знаниями. Я помню в прошлый раз были круглые столы, Дэвид Гуртен представлял формат Knowledge cafe. Здесь же это была самая классическая конференция — все проходило в большой аудитории Мирбиса, с узкими рядами откидывающихся кресел, доклад за докладом, очень плотный график, и пообщаться с коллегами можно было только в коротких кофе-брейках. Что я и делала, хотя не очень-то люблю вот так socialize, но тут сама тема меня интересовала. И ведь это одна из самых ценных вещей в таких мероприятиях — найти коллег, организовать то самое «сообщество практиков» (это одна из центральных идей knowledge management).

Ну и мир сейчас уж очень быстро меняется. Ты что-то попробовал — и уже не понимаешь как жил до этого (без интернета и мобильного телефона, например). И что бы ты там не думал про знания и «управление» ими, ты уже не можешь игнорировать тот факт, что мир оказывается связанным — интернетом, социальными сетями, да тем же твиттером. Отсутствие wifi в зале конечно несколько сужает возможности всего этого, и концентрирует внимание на выступающем :) но вряд ли помогает бОльшей связанности участников.

Летом я участвовала в RuCamp (рассказывала про детей и родителей будущего) и этот формат мне кажется куда более соответствующим моменту — когда есть несколько параллельных потоков, к которым ты можешь в любой момент присоединяться, переходить из одного в другой, когда вся информация присутствует онлайн, и что самое важное — когда вместе что-то создается, в реальном времени.

Здесь же в начале дня распечатывали и зачитывали (?!) «резолюцию о принятых решения», которую участники конференции должны были одобрить. Какие-то декларативные пункты на полстранички текста. Это видимо какие-то остатки институтских традиций?

Ладно, не буду ворчать, было много хорошего. Встретила своего университетского преподавателя, познакомилась с интересными людьми, увидела несколько практических реализаций систем управления знаниями, а также много советов о том как считать их ROI. Ну и знакомство с Дмитрием Песковым и его выступление немного скомпенсировало неучастие в EduCamp. Хотя вот там-то как раз надо участвовать. Ну, тема там настолько большая, что это все только начало. Здорово, что кто-то берется заниматься тем, что поначалу кажется таким утопичным — изменением нашей системы образования.

Posted in blog | Tagged , | Leave a comment

Psych 110: Introduction to Psychology (via Yale)

Наконец дослушала отличный, просто отличный курс по психологии Introduction to Psychology. Это введение, но какая хорошая база — самые новейшие данные и очень живо рассказано, если бы нас так учили! Если вы не очень любите на слух воспринимать, то там есть полностью скрипт к каждой лекции.

Практических выводов хватает, ну вот например — буду стараться теперь отсылать поменьше писем, адресованных to all, потому что есть наблюдение, что группа размывает ответственность. В общем-то оно понятно, но тут уже подробно объяснили, так что надо наконец прислушаться :)

Posted in blog | Tagged , | Leave a comment

Про сложные переговоры и эмоционально заряженные разговоры

Дарья Кутузова опубликовала два очень полезных текста, которые я просто не могу не рекомендовать если не к использованию, то хотя бы к прочтению:
Про сложные переговоры  — здесь под сложными переговорами эмоционально затрагивающий разговор со значимым человеком, он же сложный или «серьезный» разговор и про письменные практики для подготовки ним.

Там множество ценных вещей, но, для меня главные, пожалуй, вот эти:

1. Выбор — это обычно не выбор между вариантами, а выбор позиции.
«Выбор – это, по сути, не выбор действия или не-действия, или одного действия в противовес другому, а выбор позиции и открывающихся в ней возможностей. «Приму все, что будет». Человек моментально на квази-телесном уровне распознает «правильную» для себя позицию, потому что в ней нет страха; там не нужно быть «меньше, чем ты есть», или «больше, чем ты есть». Там может быть волнение, но оно не связано с ощущением угрозы себе; оно связано с восприятием сугубой значимости происходящего и большой ответственности – и больших возможностей. Это позиция, дающая возможность уверенного присутствия в настоящем моменте, когда нет необходимости ни от чего закрываться. С этой позиции становится возможным удержание сложности, т.е. не-упрощение ситуации, и удержание субъектной позиции обоих участников разговора, Диалог. Когда мы из этой позиции действуем, мы ее же и укрепляем, и нам становится легче возвращаться к ней в дальнейшем.»

2. Про «субъектную позицию участников».
И это простой ответ где проходит грань между взаимодействием и «манипуляцией»
«Я считаю сложные переговоры успешными, когда удается в ходе разговора сохранить субъектную позицию обоих участников и создать хорошие воспоминания. Что значит «сохранить субъектную позицию обоих участников»? Это значит, что вы не относитесь к вашему собеседнику как к объекту, который вам нужно «изогнуть» в удобное вам положение любыми возможными средствами. И это значит, что вы не отказываетесь от своих намерений в отношении этих переговоров и принимаете ответственность за их последствия. Успешные сложные переговоры – это всегда очень человеческое, особое, глубокое, уважительное и бережное взаимодействие, то, что можно назвать Встречей. Вы признаете как собственное право быть собой, так и право другого быть Другим, и утверждаете как его бытие, так и свое. Успешные сложные переговоры ведут к позитивной трансформации ваших значимых отношений, они становятся более надежными, поддерживающими, свободными, в них становится меньше страха, напряжения и боли.

3. Про важность самого процесса — стремления, чтобы сам опыт сложных переговоров остался для обоих хорошим воспоминанием, к которому можно возвращаться. Или хотя бы не стал плохим.

На этом месте я подумала о том, как часто даже не осознавала, что втягивала или втягивалась в сложные переговоры и серьезные разговоры, даже не понимая, что они сейчас происходят и куда они ведут, не понимая чего же я в точности хочу. Есть ощущение, что таких переговоров в моей жизни станет меньше. Потому что если почитать упражнения про подготовку к таким разговорам, становится понятно, что основные переговоры, которые происходят — происходят с самим собой.

Подготовка к сложным переговорам в условиях дефицита времени

Автор: Дарья Кутузова, http://llynden.livejournal.com/1049375.html

Возьмите лист бумаги и ответьте себе, честно и быстро, на следующие вопросы:

1. Что произошло в моей жизни/голове/сознании/внутреннем мире такого, что вынуждает меня к этим сложным переговорам?

2. Почему мне важно поставить другого человека в известность о моих обстоятельствах и намерениях? Почему я не могу молчать?

3. На что я надеюсь в результате этого разговора? Что может возникнуть такого, чего пока нет? Что может быть наилучшим исходом для меня? Для собеседника? Что может быть наилучшим исходом для отношений? (это важное различение!)

4. Чего я боюсь? Каков может быть наихудший исход этих переговоров – для меня, для собеседника, для отношений?

5. Чем в том, что у нас сейчас есть в отношениях, я бы ни за что не хотела пожертвовать, вне зависимости от исхода переговоров? Что из того, что сейчас существует, мне бы хотелось обязательно сохранить, защитить, уберечь? Почему?

6. Если представить себе, что переговоры уже состоялись и закончились оптимальным образом, и вы из этого возможного будущего смотрите назад, на сами эти переговоры, — чем в своих поступках и словах, в том, как вы это организовали, и в том, как вы себя держали во время разговора, вы могли бы гордиться? За что вы могли бы себя уважать?

7. Какие ваши особенности, привычки поведения и пр. могут вам помешать провести эти переговоры оптимальным образом?

8. Что можно сделать, чтобы «подстелить соломки» и предотвратить пагубное влияние этих особенностей и привычек поведения на сам процесс переговоров? Может быть, вам могут помочь какие-то внешние средства?

(пояснение из личного опыта по пп. 6-8: «в прошлой жизни», в смысле, давно, было дело, мне страсть как надо было поговорить с одним человеком о том, сколько всего вдохновляющего я чувствую по отношению к нему. У меня был кое-какой очень интенсивный негативный опыт подобных разговоров раньше, и основное препятствие успешности этих переговоров можно было обозначить как «смятение». Смятение сушило мне горло и лишало меня голоса; у меня колотилось сердце так, что от силы удара кулон отскакивал от грудины сантиметра на два, так что скрыть смятение было невозможно; а хуже всего было то, что у меня напрочь отшибало память и я «теряла нить», не понимала, что же я хотела сказать. Зная, что смятение может мне устроить такую штуку, я подготовилась. В итоге в те моменты разговора, когда смятение пыталось меня одолеть, я подглядывала в шпаргалку и постоянно глотала воду из бутылки; смятение внушало мне, что со стороны я выгляжу полной идиоткой, но я очень храбро, с дрожью в коленях, трясущимися руками и срывающимся то на бас, то на писк голосом продиралась сквозь него. Переговоры были очень успешными и стали для меня одним из лучших, наиболее поддерживающих и защищающих воспоминаний.)

9. Был ли у вас в прошлом опыт успешных сложных переговоров? Что бы вы могли «позаимствовать» оттуда? Если был только опыт неуспешных переговоров, повторения чего вы бы ни в коем случае не хотели?

10. Как бы вам хотелось, чтобы собеседник вас слушал во время разговора? Был ли у вас в отношениях опыт, когда он вас так слушал? Знаете ли вы о каких-то событиях в его жизни, когда его самого слушали так, как бы вам хотелось, чтобы он вас слушал, — или когда он отчаянно нуждался в том, чтобы его так слушали? Как вы можете сформулировать просьбу в его адрес слушать вас так, как вам это необходимо, чтобы он понял, что вы имеете в виду, и не воспринял это как критику или «наезд»?

11. Что вам известно о том, что собеседник ценит в вас и в ваших отношениях, что может способствовать проявлению доброй воли с его стороны во время предстоящих сложных переговоров?

12. В какой обстановке должны проходить переговоры, чтобы и вы, и собеседник чувствовали себя в безопасности, испытывали хотя бы относительный комфорт и защищенность?

Как правило, ответы на эти вопросы уже существенно проясняют ситуацию и позволяют спланировать порядок действий. Сообщите собеседнику, что вы бы хотели с ним поговорить, и попросите его назначить удобное ему время и место, с учетом ваших потребностей. То есть, например, «было бы здорово, чтобы у нас был час-полтора, где нас никто не потревожит, на нейтральной территории, где не слишком шумно». Если собеседник готов выкроить время для встречи с вами, вероятность, что он посреди разговора сбежит, сославшись на занятость, или уснет, становится значительно меньше. Подготовьтесь заранее к любому исходу: Полезно оказывается убраться в квартире и купить/приготовить еды, которая создает у вас ощущение комфорта, защищенности и заботы о себе. Каким бы ни был исход переговоров, сами переговоры – процесс исключительно ресурсоемкий, и вам понадобится уютная нора или что у вас там вместо нее, чтобы восстановиться. Если у вас есть близкий друг, не имеющий личной заинтересованности в исходе переговоров, который мог бы потом «подержать вас за руку», то очень здорово после переговоров рассказать этому другу о том, что произошло. Так у вас появится сочувствующий свидетель очень важного для вас жизненного события, и само свидетельствование может сделать отношения с этим другом более близкими, глубокими и значимыми. Главное – не злоупотреблять; поэтому дневник тоже вам может быть полезен после переговоров, чтобы выразить сильные чувства и разобраться с новыми жизненными обстоятельствами.

В ходе самих переговоров важно:

1. Быть открытым любому исходу, не пытаться «прогнуть» действительность под свои желания, но быть внимательными к происходящему.

2. Сообщить собеседнику о своих намерениях – вначале достаточно кратко, потом развернуть:
— почему именно сейчас важно, чтобы состоялся этот разговор;
— о вашей готовности к любому исходу;
— о вашей заинтересованности в том, чтобы сами эти переговоры стали хорошим воспоминанием;
— о том, что вы цените в отношениях, имеющихся на данный момент, и о том, что вы хотели бы сохранить и развивать; что в отношениях делает эти переговоры вообще возможными;
— о том, что вы понимаете, что разговор может быть для собеседника тяжелым, и что вы просите его не прекращать; также можно попросить собеседника сообщить вам, если ему станет тяжело, и заранее договориться, как лучше всего обходиться с такой ситуацией.

3. Далее идет содержательная часть вашего разговора.

4. Каким бы ни был исход ваших переговоров, поблагодарите собеседника.

Posted in blog | Tagged , , | Leave a comment

Update к предыдущему

Хочу сказать большое спасибо всем, кто прокомментировал пост про ГВ, поделившись личным опытом и мыслями. Подруга все внимательно прочитала, впитала и сказала, что это было очень ценно — и конкретные идеи-советы, и просто поддержка, сам факт того, что ты не одна такая и через это многие проходят. Сейчас все у них тьфу-тьфу наладилось, ГВ не только сохранилось, но они даже практически на него перешли, прикорм сохранился один-два раза в день.

Posted in blog | Tagged | Leave a comment

«Они не тупеют!» (или материнство способствует росту мозга)

Из свежих новостей науки:

«Американские нейробиологи обнаружили, что после рождения ребенка у матерей происходят анатомические изменения в отделах мозга, отвечающих за привязанность к детям и мотивацию материнского поведения. В первые 3–4 месяца после родов увеличивается объем серого вещества в участках префронтальной и теменной коры, гипоталамуса, миндалины и других отделов мозга, которые у женщин возбуждаются в ответ на стимулы, связанные с малышами. Уменьшения объема серого вещества ни в одном из отделов мозга у матерей зарегистрировано не было.«

Вот вся статья целиком.

Выделение мое, потому что мне кажется, это очень важно — тем, что так непохоже на то, что обычно думают про женщин в период беременности или вскоре после родов. Согласитесь, общепринятое мнение — что женщина после родов, мягко говоря, не умнеет. Примеров из реальной жизни каждый наверняка наберет с десяток. Гормональные изменения происходят, это факт. Интересы меняются, это факт (как раз об этом исследование и говорит — что увеличиваются участки в мозгу, связанные с материнским поведением).

Но если бы мы не знали, умнеет или не умнеет, сам факт того, что она про себя думает, что не умнеет и то, что окружающие тоже так думают, влияет на нее сильно — и совсем не помогает в и так сложной ситуации. И что получается — человек оказывается в состоянии сильнейшего стресса. Происходит изменение образа себя, и внутреннее (гормональное) и внешнее, полное изменение привычного образа жизни, добавьте сюда постоянный недосып и невозможность управлять ситуацией — и это будет очень сдержанное описание объективных факторов, которые влияют. писала об этом здесь и здесь куда сильнее.

«…А если бы у меня сейчас попросили рассказать, как оно, ну, с ребенком, я бы ни за что не стала агитировать срочно рожать. Я бы сказала, что родить — это как в тапок написать, не смотря на то, что у меня были сутки схваток и в итоге операция, родить легко, а вот прожить первые месяцы — сложно. Научиться понимать нерасшифровываемые запросы и потребности, отдавать все в одну сторону или, как говорит моя Катя, «обслуживать какого-то котенка», а он тебе в ответ — космос в глазах. Это потом уже он начнет улыбаться твоей сиське, обнимать тебя за шею, хохотать в ответ на поцелуи в живот — все потом, а сначала больно, хочется спать и ты себе больше не принадлежишь. Если человек не готов положить все на алтарь вот этому котенку, если он не сможет быстро научиться держать под контролем злость в разгар бессонной ночи, умудриться не выпрыгнуть с балкона, даже когда уже ноги сами к нему несут, не разбить голову об стену, потому что ребенок орет полчаса, а у тебя сердце в лоскутья, то не надо даже думать о том, какие они сладкие. Дети. Потом уже, потом все сполна воздастся тому, в ком уже есть силы, кто дошел в тот пункт B, откуда, чтобы совершить прыжок в новую жизнь, надо всего лишь расправить крылья.»

Сложно будет — будет обязательно, у каждого по-своему. Дети всем разные достаются, собственные силы, обстоятельства и уровень поддержки у всех разный.

Но может быть если мы будем знать, что материнство не делает нас глупее, но напротив — что природа специально подготовила нас лучше реагировать на именно эту ситуацию, чтобы лучше c ней справляться, лучше поддерживать ребенка в его тоже непростые первые месяцы жизни — может быть нам будет легче через все это пройти, принять и научиться жить в этом новом — счастливо.

Posted in blog | Tagged , , | Leave a comment